Серая Рать

3

Когда этот противный Пат, похожий на злую собаку, куда-то уволок Кора и Рока, Зузанна осталась на площадке одна. За пыльным окном уныло скулили покойники, по ним изредка постреливали снайперы, выцеливая самых резвых, один раз ударил огнемёт, пробив во вновь накатившей толпе пылающую просеку. И отовсюду – из подвала этого дома, превращённого в крепость, из выгоревших развалин на другой стороне улицы, из решёток ливневой канализации – на мертвецов внимательно смотрели затаившиеся до времени хвостатые серые солдаты. Белый воспользовался передышкой и стягивал сюда всю крысиную армию Чёрного города, кроме, разве что, разведывательных отрядов. На неживых новобранцев надежда была плохая – они едва понимали самые простые приказы и даже на ногах держались с трудом.

Хозяйка Подземелий глубоко вдохнула застоявшийся холодный воздух. В этом большом заброшенном доме пахло пылью, плесенью, оружейной смазкой, грязной одеждой и плохой едой. Пахло липким страхом, мрачным отчаянием и тоскливой безнадёжностью…

- Пливет.

Перед Зузанной стояла девочка – такая маленькая, что субтильной Крысиной Королеве пришлось опуститься на корточки, чтобы их лица оказались на одном уровне.

- Пливет! – повторила девочка. Она была одета в растянутое шерстяное платьишко, колготки с заплатами на коленках и разбитые ботинки не по размеру. Правая половина её черноволосой головки была плотно замотана какими-то тряпками, закрывающими глаз и ухо. На тряпках проступали влажные жёлто-красные пятна, смесь крови и гноя. Зузанна, как заворожённая, не могла отвести взгляд от этого крошечного существа.

- Ты сто, говолить не умеесь, да?

- Я… - пробормотала девушка. – Я уметь. Только не очень хорошо.

- Я тозе, - закивала девчушка. – Меня Юлия зовут. А тебя?

- Зузанна.

- У тебя такая здоловская клыса! – карий глаз Юлии загорелся любопытством. – Мозно мне с ней поиглать, мозно, Зузанна, позялуйста?

- Конечно, можно.

- Пи?! – оскорбился Белый. Но взгляд Хозяйки полыхнул изумрудным огнём, и мохнатый полководец тут же оказался на плече у Юлии.

- Он лапоська, - сообщила довольная донельзя девочка. – И не кусаеца. А мелтвецы кусаюца. Они мою сестлёнку лазолвали. И меня тозе хотели съесть, воть, - она коснулась повязки на лице.

- Юлия! – раздался с верхнего этажа женский голос. – Негодница, где ты там? Иди сюда сейчас же!

- Мама зовёть, - вздохнула девочка, с видимой неохотой расставаясь с Белым. Потом вдруг задумалась, пошарила в кармашке платья и протянула что-то Зузанне. – Воть, это тебе, делжи.

На обтянутой перчаткой ладони у Крысиной Королевы оказались дешёвые детские серьги-клипсы - пара пластмассовых яблочек ярко-красного цвета.

- Подалок. Носи на здоловье.

- Спа… сибо, - озадаченно проговорила девушка.- А… что это? Зачем?

Юлия тоненько засмеялась:

- Ты такая больсая, а не знаесь? Дай, я сделаю как надо! – с этими словами она аккуратно закрепила клипсы на мочках Зузанниных ушей. – Класиво полусилось. Ну сё, пока, я побезала, а то мама ласселдится!

«А ведь среди тех, кого сожрали мои слуги в Белом городе, тоже были такие вот маленькие девочки, - подумала Зузанна, глядя, как Юлия поднимается по щербатым бетонным ступеням. – И если хозяин зомби – чудовище, то… кто же тогда я?!»

Её размышления прервал оклик Пата, тихо вошедшего в комнату вместе с Кором и Роком.

- Пошли, Королева, - хмуро вымолвил командир. - Пора познакомить тебя с твоим другом-нелюдем.

Погонщика привели в ту самую комнатку, откуда он улизнул двадцатью минутами ранее, и любезно помогли вновь занять покинутый стул. Когда охранники убедились, что никуда на сей раз от них колдун не денется, они молча покинули помещение, оставшись ждать, очевидно, за дверью. Судя по голосам за стеной, их был там добрый десяток, все до единого злые, как черти. Пленник зло взглянул на Икс-Нулевую, безропотно восседавшую на стуле напротив. И чёрт его дёрнул возвращаться за этой безмозглой жестянкой! Чего он, спрашивается, добился, поплутав по коридорам этого вонючего термитника? Ну, разве что успел нацарапать ногтем несколько простых печатей на стенах - теперь, если вдруг случится пожар или, скажем, в крышу шарахнет молния, они сработают как мощнейшие бомбы, и на месте здания останется глубокий-преглубокий кратер. Сомнительная польза, когда ты внутри, но кто знает - вдруг однажды он надумает вернуться и отдать старине Патрику должок?..

- Я засекла, - негромко звякнула Икс-Нулевая. От неожиданности чернокнижник вздрогнул.

- Кого?.. - он не договорил, опасливо покосившись на дверь.

- Цель установлена, - всё так же тихо шептала посланница Машин. - Он здесь, в этом нет никаких сомнений. Крысиный Король. Снять биометрические показатели у меня нет возможности, но по всем внешним признакам совпадение стопроцентное. У нас есть шанс немедля выполнить нашу миссию.

- Ага, - хмыкнул негр. - Ценой собственных жизней, как истинные герои... Это ты славно придумала. Нет уж, подруга, - резко мотнул он головой, - я к вам в самоубийцы не нанимался, у меня в этом мире ещё остались незавершённые дела. К тому же, ты можешь и ошибаться...

- Вероятность ошибки отсутствует, - убеждённо твердил маленький техман. - Нам нужно спешить. Дроны засекли странную тварь, которая, похоже, идёт по следу Короля. В её конструкции преобладают гиперкосмические технологии, а значит, она не уступает вам обоим по силе. И Король привёл её прямо к тебе.

По спине Погонщика побежали мурашки.

- Я тоже почувствовал эту мерзость, - признался он, вспоминая жар, коснувшийся его тела и разума. Иссушающий, мучительный, сверхъестественный жар. - Однако она исчезла так же внезапно, как и появилась.

- Она телепортировалась в неустановленную пока точку Энска. Дроны ищут её. Однако даже если мы её найдём, сделать с ней ничего не сможем - как ты сам помнишь, вся боевая мощь Республики Машин сосредоточена теперь в руках лоялистов. А они ни на кого не станут нападать, пока опасность не грозит им самим. Сейчас она им не грозит. Та тварь - охотник на псайкеров. На двух псайкеров, один из которых - ты.

- И как нам теперь быть, по-твоему? А, всезнайка? - раздражённо прошипел Погонщик, поёрзав на своём стуле.

- Устранить цель, - безапелляционно заявила Икс-Ноль. - Тогда у нас будет больше шансов оторваться от охотника и затеряться среди горожан. Если, конечно, ты на время отзовёшь своих мёртвых с городских улиц.

- Здесь я решаю, когда призывать и отзывать мертвецов, машина, - жёстко отрезал колдун. - К тому же, у вас с герром командором был кое-какой уговор, а мы ведь с тобой не хотим его нарушать ради таких пустяков, верно? Да, дела наши плохи, но мы, вроде, ещё не в такой беспросветной заднице, чтобы рисковать нашим шикарным планом.

- Мы рискуем прямо сейчас, - настойчиво повторил андроид. – Время идёт, скоро охотник восстановит повреждённые модули, а наша цель ещё не устранена.

- А кто сказал, - загадочно ухмыльнулся Погонщик, - что я вообще намерен её устранять?

В этот самый момент открылась дверь, и комната начала стремительно наполняться людьми. Первым вошёл Патрик, уже знакомый Погонщику, за ним - ещё двое молодых людей (что-то подсказывало ему, что к личной армии этого здоровяка они не имеют никакого отношения) и, наконец, юная девушка - слишком юная для того, чтобы быть одним из солдат, но... определённо опасная. Пожалуй, самая опасная из всей компании. Это Чёрный Человек прочёл в её глазах, это сквозило в каждом её движении, в изгибах её тела, в чертах красивого нежного личика...

"Разрази меня гром! - подумал вудуист, расплывшись в жадной улыбке. - Жестянка была права. Это она. Владычица тараканов и крыс, бездомных псов и летучих мышей - истинных хозяев этого проклятого всеми богами жалкого городишки. И жестянкины овелители хотят, чтобы я убил её? Ха!"

- Приветствую вас, мадемуазель, - он почтительно склонил гладко обритую голову, не взглянув ни на Патрика, ни на Корнелиуса с Рокфором. С ними ему было не о чем говорить. Они ему были не ровня. - Я много слышал о вас. Встретиться с вами лично - честь для скромного волка-одиночки вроде меня.

- Мы хотим знать... - начал Рок, напустив на себя всю суровость, на какую был способен, но, встретившись взглядом с пленником, умолк. Слишком уж этот взгляд был тёмным, пустым. Если глаза Зузанны можно было сравнить с зелёной гладью моря, то эти глаза - с чёрным прудом в глухом лесу, от которого пахло сыростью и мертвечиной.

- Нет-нет, господа, - спокойно проговорил колдун. Так дело не пойдёт. Давайте по очереди. Я тоже много чего хочу знать. И прежде всего, - он вновь обратился к Зузанне, - я хочу знать, мадемуазель, долго ли вы ещё намерены натравливать ваших четвероногих подданных на бедных горожан?

- А ты не обнаглел ли, ясновельможный пан? – поинтересовался Рокфор. – Или, может, чего попутал? Вообще-то, это мы тебя допрашиваем, а не наоборот!

Погонщик даже ухом не повёл.

- Рок, пожалуйста… - Зузанна, не отрываясь, смотрела на колдуна.

- Ладно, - пожал плечами парень. – Как скажешь, сестрёнка.

- Он – чудовище, - медленно сказала Хозяйка Подземелий. Голос её был холоден и ломок, как тонкая корка льда над тёмной водой. – И я чудовище. Сначала мы говорить. Люди говорить потом. И машины тоже, - она небрежно скользнула взглядом по роботу, на мгновение встретившись взгядом сама с собой в его безликой зеркальной маске.

Чёрный Человек запрокинул голову и громко, искренне расхохотался:

- Браво, мадемуазель! Вот слова, поистине достойные Крысиной Королевы!

- Не пе-ре-би-вать, - тем же новым, непривычным для Корнелиуса с Рокфором голосом отрезала девушка. Перед мысленным взором лидера Сопротивления предстала вдруг фантасмагорическая картина: Хозяйка Подземелий, сидя в каком-то большом и мрачном зале на троне с высокой резной спинкой, вот этим самым морозно-обжигающим, не терпящим возражений тоном отдаёт приказы, а у ног её благоговейно застыла… нет, не крысиная стая, а толпа коленопреклонённых людей в сером, жадно ловящих каждое слово своей госпожи. Наваждение быстро развеялось, оставив Кора в тягостном недоумении – что это было? Сперва странные голоса, а теперь вот и бредовые видения подоспели… пожалуй, всё-таки стоит показаться доктору Шабунину, пусть пропишет какие-нибудь пилюли для здравомыслия...

- Мои слуги уже ни на кого не нападать, - сказала Зузанна Погонщику. – Раньше – да, сейчас – нет. Только для сабор… самобор… самообороны, так правильно. А теперь спрашивать я. Зачем это? – она махнула рукой в сторону окна, под которым, заунывно подвывая, топтались мертвецы. – Не надо врать, что ты беско… бескпо… бес-по-коить-ся о бедных горожанах и хотеть защитить город от меня. Это неправда. Твои слуги не охотиться на моих. Они убивать людей. Или что ты просто служить им, - Зузанна ткнула пальцем в техмана. – Ты слишком сильный, чтобы быть слугой, ты – хозяин. Хозяин мёртвых. Чего ты на самом деле до-би-вать-ся, Чёрный Человек?

- Я ничего не добиваюсь, мадемуазель. Это всё Энск. Неужели вы не видите? Этот город жаждет событий, - глухо проговорил негр, глядя на Зузанну широко распахнутыми глазами. - Больших событий, настоящих, а не той мелкой криминальной грызни по углам, что я вижу на протяжении вот уже лет пяти. Город изголодался по ним, как путник, затерявшийся в сухой пустыне, изголодался по глотку пресной воды. Ты хочешь знать, кто я? - он подался вперёд и приблизил своё лицо почти вплотную к лицу девушки. И снизил голос свой едва не до шёпота. - Я - событие. Я - стихия. Я - буря столетия. Я - то, что нужно было Энску, чего он ждал так страстно и яростно. Шок. Встряска. Очищающий огонь, наконец...

- И от чего же он, этот твой огонь, очищает Энск? - насмешливо фыркнул Пат, особо не рассчитывая на реакцию пленника. Однако, против его ожиданий, Погонщик оживлённо вскинулся:

- Браво, командир! Браво! Наконец-то правильный вопрос. И в самом деле, от чего же я очищаю Энск?.. Пожалуй, от инородных элементов, - выплюнул он.

Корнелиус и Рок взволнованно переглянулись.

- Я пришёл сюда задолго до АС, задолго до КМ. Я изучал душу этого странного тёмного города - душу, жаждущую событий, жаждущую приключений и неприятностей. Он как мальчишка, вечно болтающийся в дурных компаниях, отринувший все и всякие законы морали, разума, отринувший само Мироздание... Его объятья всегда распахнуты для тьмы, он жаждет вобрать в себя столько тьмы, сколько сможет! Город этот звал меня, звал с самых первых моих дней на Земле, и, как я с горечью понял впоследствии, звал не только меня одного.

Он обвёл присутствовавших взглядом. Все молчали.

- Я ведь не ошибусь, если скажу, что вы все родились и выросли здесь? - осторожно вопросил Погонщик. - Вы не похожи на вампиров или оборотней, а для дуболомов из Армии Света выбрали явно не тот берег. Значит, вы, как и я, должны чувствовать - город страдает под пятой оккупантов. Он чахнет, сохнет. Те, кто не понял его и никогда даже не попытается понять, взяли власть над ним в свои жадные руки и теперь медленно губят его. Против них и направлены мои... эксперименты, - он обезоруживающе улыбнулся. - Можно сказать, я - санитар местной экосистемы. Как и ты, - он вновь взглянул на Зузанну, а затем с хорошо отмеренной горечью вздохнул. – Да, чего скрывать, я действительно пытался принять кое-какие меры против тебя, ведь я не до конца понимал природу твоей силы, а твоих намерений, кстати, не знаю и сейчас. Я защищал свой экспериментальный полигон, только и всего.

- А что с гражданскими?! - взорвался Патрик. - Ты знаешь, сколько народу полегло в результате твоего эксперимента?

- А сколько полегло вампиров, юноша? - негр возмущённо вскинул подбородок. - Или ты не умеешь считать? Бог мой, неужели вы даже не можете проследить толком, куда двигается какая волна мертвецов и что после неё потом остаётся?! - он замолчал, стараясь отдышаться и унять гнев, после чего обратился к девушке. - Мадемуазель, мы с вами взрослые люди. У нас обоих руки по локоть в крови, давайте-ка это признаем. Только вот с вами эти господа обращаются, как я понимаю, вполне сносно, а меня, кажется, по-прежнему готовы в любой момент вздёрнуть на чердачной балке. Я бы попросил вас унять их. Пожалуйста, - он расплылся в обезоруживающей улыбке. - За эту небольшую милость я готов успокоить разбушевавшихся детишек там, снаружи. После чего мы продолжим беседу. Она обещает быть интересной, а ночь ещё молода. Нас ждёт много чудесных вопросов и удивительных ответов, о Крысиная Королева.

- Ну, ты себя с нашей сестрёнкой-то не равняй, - проскрежетал Рокфор. – Если б не она, мы с Корнелиусом сегодня уже четыре раза бы подохли. А вот что ты за несусветный папаша, зачем с машинами компанию водишь и с какого перепугу к нам в друзья набиваешься – это ещё разобраться надо! Не на слово же тебе верить, в конце концов!..

Зузанна не отводила взгляда от лоснящегося лица колдуна. Странное дело: Чёрный Человек сидел в окружении врагов, без оружия, со скованными руками – но от него совсем не пахло страхом, то есть ни капельки. Он был сильным и злобным нелюдем, и в его маслянистых тёмных глазах полыхало яростное веселье, как у бродячего пса в разгар кровавой драки.

- Пат? – Хозяйка Подземелий повернулась к Макмиллану. – Овсо… осбо… нет, не так. Ос-во-бо-дить его. Пожа-луй-ста.

- Ага, - невозмутимо кивнул Патрик. – Сейчас. Делать мне больше нечего, кроме как опять его по чердакам отлавливать? Нет уж, пускай так посидит, подумает о своём плохом поведении.

- Пожалуйста, - тихо повторила Зузанна. – Он не бежать. И он вести себя хорошо.

- Патрик, а и в самом деле, - Корнелиус многозначительно похлопал по своей винтовке, вручённой ему распорядительным Гжегожем. – Ты думаешь, он способен обогнать пулю?

- Нет, ребята-демократы, - решительно помотал головой Макмиллан. – Не бывать тому.

И тут же маленькая ладонь девушки с неожиданной силой вцепилась в рукав его камуфляжной куртки.

- Пожалуйста. Я просить тебя, - хрустальным голоском произнесла Крысиная Королева, но в её изумрудных глазах-блюдечках Макмиллан прочитал совсем другое. Она не просила. Она повелевала.

- Ладно. Последствия – на ваш счёт, пани Зузанна. Влодек, ключи от наручников! – крикнул Патрик, приоткрыв дверь. – И имей в виду: выкинешь какое-нибудь коленце – ну, там чихнёшь слишком громко или посмотришь не в ту сторону, – пристрелю без разговоров, - предупредил он Погонщика.

- Ой, боюсь-боюсь, – белозубо ухмыльнулся тот, заговорщицки подмигнув девушке. – Давайте, мистер, поскорее снимите с меня оковы. Её Величеству благоугодно было даровать свободу ничтожному простолюдину!

- Но вы же понимаете, что у нас нет пока ни малейших оснований вам доверять. Слишком уж много вопросов вызывает ваша загадочная персона. Собственно, мы и знаем-то о вас только одно: вы способны поднимать мёртвых и управлять ими… чёрт, да мы даже имени вашего не знаем! - Корнелиус смотрел на колдуна, который с наслаждением растирал затекшие руки, взглядом охотника, подкрадывающегося к токующему тетереву. – Вот, например, очень интересно, что вас связывает с Республикой Машин? – он указал на Икс-Нулевую, всё это время угрюмо молчавшую на соседнем стуле.

- Тыкать пальцем неприлично, - сварливо заметила та.

- О, простите, мадам, - покаянно склонил голову Корнелиус.

- Мадемуазель!

- Тысяча извинений, мадемуазель, - глава Сопротивления вопросительно посмотрел на Погонщика. – Итак?

- Итак, - повторил чернокнижник, не спеша поднимаясь со стула и театральной походкой выходя на середину комнаты, - у вас есть целых два вопроса, и я даже не знаю, с какого из них начать. Начну, пожалуй, с самого бессмысленного - с вопроса о моём имени. Знаете, там, откуда я родом, имя имеет большое значение - оно описывает твою сущность и придаёт удачу... Впрочем, вы о таких вещах наверняка слыхали. Моё имя - Погонщик, и других имён у меня в этом городе нет. Я выпасаю стада мертвецов, а иногда, при определённом старании, - он бросил весёлый взгляд на загипнотизированного им недавно парнишку, также стоявшего поодаль, - могу с грехом пополам погонять и живых.

- Прямо пастырь какой-то, - фыркнул Корнелиус. - Интересно, кому же из здешних авторитетов посчастливилось иметь выгоду от проделок вашей паствы?

Пленник напустил на себя самый печальный вид.

- Увы, я работаю один. С недавних пор, конечно, - поспешил оговориться он. - Мои эксперименты оказались не по душе моим прежним работодателям, и они имели неосторожность выбросить меня на улицу. Сейчас, разумеется, кое-кто из них уже мёртв, - проговорил он, зловеще прищурясь. - Но вы же не будете горевать о смерти пары-тройки вампиров, как я понимаю?

- Правильно понимаешь, - нетерпеливо мотнул головой Патрик. - А твою механическую подружку тоже выперли из матушки-корпорации за плохое поведение?

- Я отслужила Республике положенный срок, - спокойно ответила Икс-Ноль, - и меня должны были вскоре утилизировать. Я воспротивилась этому, но преследовать меня за пределами подземелий по неизвестной причине не стали.

- Как мы могли убедиться, - задумчиво пробормотал Корнелиус, - похоже, они вообще никого никогда не преследуют.

- У моей подружки, к слову, остался кое-какой доступ к базам данных её яснооких повелителей, - Погонщик с улыбкой похлопал маленького техмана по голове. - Так что, можно сказать, она - мои глаза и уши. С её помощью я теоретически могу гонять зомби по всему Энску так, словно сам нахожусь в их толпе. Правда, мы ещё не успели проверить это на практике, ибо... Что ты там говорила насчёт спирта, детка? - задушевно вопросил он, склонившись к машине.

- Спирт нужен, чтобы предотвращать неизбежное окисление контактных нитей и нейтрализовать вредоносные микроорганизмы, - ответила та. - Важнейшие из моих систем могут выйти из строя, если система самоочистки не будет работать в штатном режиме. Спирт нужен срочно - я не пополняла заапасов уже много часов.

- Ты совсем обалдел или как? – ласково поинтересовался Патрик. – Спирту ему, ага. Больше ничего не хочешь? У меня тут, по-твоему, что – аптека? Стоит снять с нелюдя наручники – и он сразу же наглеет так, что ни в сказке сказать. Нет у меня спирта. И водки тоже нету. Есть виски… - командир покосился на собственную фляжку, утверждённую на ремне, - …но виски я тебе не дам.

- Спокойно! – Корнелиус, в противовес Пату и Року, был сейчас само дружелюбие. Очень расчётливое дружелюбие, надо заметить. – Пани машина, не отчаивайтесь, я, пожалуй, смогу помочь вашему горю. Но мы это обсудим чуть позже, ладно? А сейчас я расскажу пану Погонщику, кто мы такие и зачем тут, собственно, собрались, - он перевёл взгляд на колдуна, который закатил чёрные маслины глаз к потолку и состроил нарочито скучающую физиономию. – Меня зовут Корнелиус, это – пан Рокфор, моя правая рука, вот этот суровый боец – наш лучший и пока единственный полевой командир пан Патрик Макмиллан, ну а с Её Величеством Крысиной Королевой Зузанной вы уже знакомы. Как вижу, мы с вами единомышленники – я тоже считаю, что Энск должен принадлежать не нелюдям, не ошмёткам Армии Света и не машинам, а его исконным жителям. Мы готовы за это бороться. Если потребуется – до последней капли крови, - на всякий случай уточнил Корнелиус. – А ваша… хм, активность, пан Погонщик, сильно нам мешает. Но, судя по тому, что я слышал, неразрешимых разногласий между нами нет, и мы могли бы…

«…договориться! – триумфально провозгласил знакомый скрежещущий голос в голове Кора. – Да! Никто и ничто не сможет противостоять полчищам крыс и армии мёртвых, когда они вместе хлынут через Харонский мост. Может быть, Погонщик и Хозяйка Подземелий даже придумают способ сделать зомби сильнее, быстрее, сообразительнее, и тогда они очистят наш многострадальный город и наконец-то установят мир на обоих берегах Ядвиги!»

«Ты с ума сошёл? – устало вздохнул другой голос. – Собираешься договариваться с тварью, которая бестрепетно убивала мирных жителей твоего собственного города? Которая из праздного любопытства напустила на них восставших мертвецов? На собак в помощь волка не зови. Убей этого колдуна! Или прогони его вон! Да, он очень силён – и именно поэтому ты не сможешь подчинить его силу, а значит, сам очень скоро подчинишься ей. Он – воплощённое зло, а добро не может связываться со злом, потому что от этого противоестественного союза родится лишь то же самое зло, только искренне считающее себя добром и оттого стократ более опасное…»

«Да к чёрту это унылое нытьё! – решительно загремел первый голос. – Всё, что помогает добиться цели – хорошо, всё, что мешает – плохо! А убить нелюдя и сломать машину, если они станут путаться под ногами и мешать моим... то есть нашим планам, никогда не поздно!»

- …и мы могли бы объединить силы, - договорил парень.

- Чего?! – вытаращился на приятеля Патрик. – Ты совсем спятил, Кор? Объединить силы вот с этим… с этим вот… - не найдя достаточно крепкого слова, он в сердцах плюнул на пол. – Что ты творишь?

- Обеспечиваю безопасность твоих людей, как и обещал, - пожал плечами лидер Сопротивления. – У нас всего три десятка бойцов и кучка гражданских. А с крысиным войском и армией зомби вдобавок мы сразу станем грозной силой и заставим и Чёрный, и Белый город считаться с нами… если, конечно, пан Погонщик примет наше предложение.

- Это чёртов бред! – выпалил Макмиллан.

- Нет, - возразил Кор. – Это трезвый расчёт. Мы ничего не добьёмся, если будем грызться друг с другом. Аэсовцам, нелюдям и машинам только того и надо. Это их бизнес, они делают деньги на нашей вражде! Как ты только можешь быть таким слепым?

- И всё равно мне это не по нутру, - пробормотал Патрик.

- Мне тоже, Пат, - согласился Рокфор. – Как вспомню те дохлые хари, от которых мы насилу отмахались, так рука сама тянется пристрелить этого долбаного фокусника, ихнего папашу. И я, конечно, ни на грош ему, паршивцу, не верю. Но всё равно Корнелиус дело говорит. Ну что, пан афрополяк, - обратился он к Погонщику, - будешь помогать Сопротивлению? Или ты весь такой гордый и предпочитаешь свинца покушать?

- Сопртивлению? С ума сойти! Так значит, слухи не врали, - усмехнулся Погонщик, пройдясь взад-вперёд по комнате и оценивающе оглядев собравшихся. Под этим взглядом Рокфор и Зузанна чувствовали себя весьма неуютно. Корнелиус же, казалось, ничего угрожающего не замечал. Это успокаивало, но лишь до известной степени.

- Выходит, Сопротивление всё-таки существует, - улыбаясь, продолжал негр. – А я-то думал, это лишь городская легенда, вроде Блуждающего Храма или тайных складов в Сером городе... Ну что сказать? Рад с вами познакомиться, господа. Отдельно - с вами, - он повернулся к Корнелиусу и склонил голову в шутливом полупоклоне. - Как я понимаю, вы - покровители этого чудесного создания? - теперь его взор был обращён на Зузанну. - Чудно. Чудно, что мы нашли с вами общий язык - воевать с Крысиным Королём теперь, после того как он оказался столь прелестной принцессой, было бы просто-напросто преступлением!..

- Общий язык, - осторожно повторил Кор. - То есть, ты принимаешь наше предложение?

На несколько мгновений Погонщик, казалось, крепко задумался. С отрешённым выражением лица он рассматривал грязный потолок, заложив руки в карманы камуфляжных штанов. Все ждали его ответа. Тишина стояла такая, что было слышно, как ревут за окнами мертвецы, а защитники дома отвечают им шквальным огнём.

- Вы мне нравитесь, - наконец протянул чернокожий. - Вы храбры, бесстрашны и, похоже, не слишком разборчивы в средствах. Прямо как я... Да, ваше предложение я принимаю. Наши тропы пересеклись и лежат теперь в одном направлении. Быть может...

- Отлично! - рявкнул Макмиллан, окончательно потеряв терпение. - Раз уж мы теперь заодно и всё такое прочее, может быть, отзовёшь своих милых дружков от НАШЕГО с тобой общего штаба? Мне тут докладывают, что у ребят кончаются патроны.

- Зомби нам здесь ещё понадобятся. Но я могу обеспечить вам безопасный отход, - колдун быстрым шагом направился прочь из комнаты. Патрик и остальные последовали за ним. - Во всяком случае, вы сможете увести отсюда детей и женщин. Им не годится здесь быть, когда...

- Когда что?! - взорвался Патрик и схватил его за рукав.

- Когда вернётся охотник, дурья твоя башка! Охотник на псайкеров! - выкрикнул чернокнижник, резким движением сбрасывая руку солдата и глядя ему прямо в глаза. - Это место больше не безопасно, если ты этого ещё не понял! Во всяком случае, если вы не хотите отдать нас с Её Святейшеством этой твари на растерзание.

- Тогда... почему бы нам не свалить всем вместе? - уже менее решительно вопросил Патрик, отступая на шаг.

Погонщик лишь ухмыльнулся, хотя на лице его читалось нервное напряжение не меньшее, чем на лице Макмиллана. Они оба не слишком-то горели желанием ещё раз встречаться с красноглазым порождением Гиперкосмоса.

- Потому что Энск - очень маленький город, - проговорил он, спускаясь по лестнице на первый этаж. Ступеньки поскрипывали под его ботинками. Он прошёл мимо окон, перед которыми сгрудились вокруг станкового пулемёта несколько парней с чёрными от копоти лицами. Обогнул баррикаду из мешков с мукой, облепленную, как мухами, кусками пластида с радиоуправляемыми взрывателями, мигающими в полумраке зелёными светодиодами... Взялся за ручку двери... Оглянулся ещё раз на Патрика...

Помедлив мгновение, Патрик кивнул.

Погонщик рванул дверь на себя и вышел в вечерний морок. Навстречу трупам. Навстречу вони и стонам прогнивших глоток. Навстречу бессчётному множеству заскорузлых пальцев с обломанными ногтями или без ногтей вовсе, что потянулись к нему со всех сторон разом... и разом отпрянули, стоило ему развести руки в сторону.

Армия мертвецов застыла, ожидая команды Чёрного Человека.

- Мы не ошиблись... - пробормотал Корнелиус поражённо, глядя из окна второго этажа, как чернокнижник медленно входит в толпу, и толпа расступается перед ним, как Красное море перед Моисеем. Ладони его распростёртых рук были обращены к небесам, и мертвецы заворожённо взирали на них, раскрыв благоговейно пасти с жёлтыми зубами. Глаза Погонщика были плотно закрыты, веки подрагивали - в этот самый момент он заново нащупывал утерянные ментальные нити. Вожжи, накинутые на трупы, при помощи которых ими можно было управлять. Нити стягивались в его распахнутые ладони, наматывались на пальцы, натягивались и приводили в движение заклятья.

Всё больше и больше нитей... Слишком много!

- Нет... Чёрт!..

"Я выпускал их в город небольшими группками, - по спине негра прокатилась ледяная волна страха. - Боги, я никогда не пробовал даже контролировать такую чёртову прорву!"

Он быстро стянул к себе вожжи трёх дюжин ближайших покойников, и они образовали вокруг него живой... вернее сказать, мёртвый щит, в точности так, как недавно покойники Зузанны защищали Рока и Кора. За пределами же щита зомби медленно приходили в себя, вновь начинали, покачиваясь, двигаться и рычать, несмело напирая друг другу в спины, тянули руки к своему повелителю, и вряд ли для того, чтобы обменяться дружеским рукопожатием...

- Эй, компаньоны! - крикнул Погонщик в сторону дома. На лбу его от напряжения выступил пот. - Расчехляйте огнемёты, шоу, кажется, далеко не окончено! И скажите Её Крысейшеству, что мне очень, ОЧЕНЬ скоро потребуется помощь!

- Плохо дело, - забеспокоился Корнелиус, осматривая улицу с наблюдательного пункта на площадке между первым и вторым этажами. Что-то у Погонщика явно пошло наперекосяк.

- Значит, грозная сила, да? – ухмыльнулся Патрик. – Похоже, не так он и могущественен, как хвалился. Опять ты, Кор, перемудрил со своими затеями, а мы теперь вытаскивай этого недотыкомку, последние патроны трать… Пламенное тебе мерси. Пулемётчики – отрезать толпу, снайперы – огонь по усмотрению!

Чаще захлопали винтовки, гулко и протяжно взревели два пулемёта. Первые ряды наседающей на Погонщика нежити оказались выкошены подчистую, но остальных эта расправа нисколько не впечатлила, и они продолжали переть вперёд с утробным мычанием.

- Эй, снежинки, вы там что, спать улеглись?! – завопил чернокожий таким ужасным басом, что немногие уцелевшие стёкла в окнах отозвались жалобным дребезжанием. – Давайте, сделайте что-нибудь, мне нужно время, чтобы взять их под контроль!

- Детишки устроили праздник непослушания, - съехидничал Рокфор.

- Толпой и батьку бить сподручнее, - в тон ему отозвался Макмиллан.

Пальцы Корнелиуса отплясывали на пыльном подоконнике какой-то ирландский танец, причём то и дело сбивались с ритма.

- Зю? – негромко позвал он, с трудом оторвав взгляд от продолжающего пятиться колдуна и обернувшись через плечо.

Хозяйка Подземелий присела на ступеньку и теребила игрушечную клипсу на правом ушке. Натянутый до кончика носа капюшон мешал разобрать выражение её лица.

- Зю, - Корнелиус шагнул к девушке, опустился рядом. – Надо помочь ему.

Она молча помотала головой: нет.

- Почему?

- Он плохой, - чуть слышно ответила Зузанна. – Я – тоже плохая, но он много, много плохее… нет, не так… хуже, так. Хуже.

- Я и не говорю, что Погонщик – хороший, - покладисто согласился Кор. - Но ведь он может быть нам полезен! Вместе мы прогоним нелюдей и тех фанатиков-аэсовцев, которые за тобой охотятся, и заставим машины спрятаться в такие глубокие норы, что они оттуда и пикнуть не посмеют. А если этот колдун затеет что-нибудь скверное, мы с Рокфором ему голову оторвём, даю тебе честное слово. Но сейчас – прошу, помоги ему ради нашего дела, ради Сопротивления, ради будущего Энска!

- Нет, - упрямо повторила Крысиная Королева. – Мне это не нравится, Кор. Совсем не нравится. Я так не хотеть. Всё, что ты говорить – это хорошо, но мертвецы, которые ходить, которые есть живых, – перед глазами у неё промелькнуло изуродованное, замотанное тряпками личико Юлии, - это плохо. Это зло. Я не уметь сказать, но разве ты сам не по-ни-мать? Простить меня, но я не помогать ему. Даже ради Сорпо… Сотро… Со-про-тив-ле-ния, так.

Пулемёты снова завели свою однообразную песню. Видимо, у владыки мёртвых никак не выходило наладить конструктивный диалог с подданными.

- А ради меня, Зю? – спросил Корнелиус очень тихо – так, чтобы среди заполошной пальбы его слова не смог бы разобрать никто, кроме Хозяйки Подземелий с её острейшим слухом – и тем самым тоном, каким мужчина обычно задаёт женщине совсем иной, но тоже очень важный для него вопрос.

Зузанну будто огнём опалило. Никогда раньше с ней не случалось ничего подобного: мягкая горячая волна поднялась в груди, разлилась по телу, подкатила тугой щекочущей струйкой к горлу и ударила в голову. Голос у Кора был какой-то… другой. Не такой, как раньше. И улыбка – нет, не улыбка даже, а обещание улыбки, просто чуть приподнятые уголки губ – выглядела немножко по-другому. Крысиная Королева резким движением откинула капюшон на спину, обожгла Корнелиуса зелёным пламенем глаз и кивнула.

Через мгновение мостовая у зомби под ногами внезапно вздулась и закипела неисчислимым множеством красных глазок и голых хвостов. Толпа мертвецов, выглядевшая до сего момента куда как внушительно, быстро превращалась в остров посреди мохнатого потока, стремительно захлёстывающего улицу. Рычание и вой покойников потонули в многоголосом визге, мяуканье и заливистом лае. Зомби, срезанные пулемётчиками и снайперами, восставали один за другим, с мрачной целеустремлённостью заслоняя собой Погонщика.

- Ничего себе, - пробормотал ошарашенный Патрик, прильнув к покрытому грязными разводами стеклу. – В жизни своей…

- А мы тебе что говорили? – усмехнулся Рокфор. – Наша сестрёнка не подведёт, она у нас молодец, не всяким черномазым фиглярам чета! Верно, товарищ командир? Э-э-э… Кор? Земля вызывает Кора!

Корнелиус и Зузанна, не произнося ни звука, смотрели друг на друга, и это молчание звучало гораздо лучше и выразительнее всяких глупых слов, которые лидер Сопротивления всегда считал пригодными исключительно для слезоточивых дамских романов и о существовании которых Хозяйка Подземелий вообще никогда не подозревала.

- Ну вы, голубки, нашли место и время для романтической сцены, - хмыкнул Рок. И добавил с видом знатока:

– Хотя чуйства – они, конечно, штука коварная, могут приключиться даже в самых антисанитарных условиях…

- Это потрясающе... - прошептал тем временем чернокнижник, глядя, как улицу стремительно заполоняет разношёрстное тёплое море, как оно бурлит под ногами трупов, увлекая их в свои тёмные пучины... Как вновь восстаёт и движется мёртвая плоть, исполненная новой жизни, просто-таки кишащая жизнью!.. - Это просто великолепно, Вашество!

Хотя он и не мог контролировать свои порождения, кончиками своих пальцев он чувствовал каждого из них. И чувствовал теперь, что нити, стянутые в его руки, одна за другой обрываются. Трупы теперь были просто трупами... и тем не менее они двигались, перемещались, ведомые мелкими тварями, вгрызшимися в их плоть. Ничего подобного этому Погонщик ещё не видел.

- Не знаю, как вы это придумали, Вашество, - крикнул он весело, обратясь к чернеющим окнам, - но получается у вас чертовски неплохо!

Мертвецы, вышедшие из-под контроля, растерянно переминались с ноги на ногу, пытаясь сообразить, кого же теперь им атаковать, в то время как чернокнижник собирал утерянные нити одну за одной, накидывая их на фаланги пальцев, связывая в сложные узлы, перебирая их, подобно дьявольскому марионеточнику. И мертвецы подчинялись - те, что не подчинялись ещё Зузанне. Защитный круг, окружавший Погонщика, рос - теперь напиравших со всех сторон оголодавших зомби можно было как-то сдерживать. Этого было достаточно.

- Эй, Патрик! - рявкнул Погонщик, натянув нити так, что пришлось упереться ногой в брусчатку мостовой. - Собирай женщин и детей у выхода, будьте готовы бежать, когда я скажу! Принцесса, давай поднатужься ещё чуть-чуть! Ты же любишь добрые дела, так давай сделаем хоть одно!

Защитный круг начал стремительно вытягиваться в эллипс - мертвецы подались назад и в стороны, пока не оттеснили своих "непослушных" собратьев от парадной двери и не образовали живой коридор, смрадный и голодно рычащий, тянущийся от одного конца улицы до другого. Посреди этого коридора стоял чернокнижник, изо всех сил удерживая защиту.

- Давайте же! - крикнул он, переходя от волнения на креольский. - Выводите людей, fanm movèz vi smeli! Timoun yo kanin!

- Я нихт копенгаген на этом твоём шалтай-болтай, - ворчливо откликнулся Патрик. – Пятёрка Гжегожа, ко мне! Ставлю задачу: сопровождаете гражданских до грузовика и дуете на вторую точку. Там оставляете пассажиров на попечение Анзельма и в темпе мазурки несётесь… Корнелиус, где, ты говоришь, зарыты твои сокровища?

- Э? – лидер Сопротивления с трудом вынырнул на поверхность зелёного моря Зузанниных глаз. – А, пушки, ну да… старое здание госбезопасности знаешь?

- Так оно ж сгорело дотла ещё в две тысячи шестом, - удивился Макмиллан.

- А подземный гараж уцелел, - продолжал Корнелиус. – Его, конечно, прилично завалило обломками, но оттуда можно попасть прямо в ангар бункера. Ну, а дальше твои бойцы сориентируются по обстановке. «Уазик» там, кстати, вполне на ходу, и ещё один я оставил за два квартала отсюда, тоже хорошо бы не забыть.

- Поняли? – вновь обратился Патрик к пятёрке. – Загружаете под завязку весь транспорт чем-нибудь поубойнее – и пулей назад.

- И прихватите в мастерской бутыль спирта, - добавил Кор. Эта просьба вызвала у бойцов такое оживление, что Патрику пришлось продемонстрировать им кулак и торжественно присовокупить, что он не побрезгует собственноручно скормить мертвецам каждого долбаного дегустатора.

- Всё, бегом марш! – закончил он командирское наставление.

Солдаты, грохоча тяжёлыми ботинками, посыпались по лестнице. За ними семенили гражданские – две бледных женщины с наспех собранными баулами, сухонькая старушка и трое детишек мал мала меньше. Юлия, волоком тащившая за единственное ухо когда-то белого, а теперь просто очень грязного плюшевого зайца с глазами-пуговицами, помахала Зузанне ручкой.

- Это ты мелтвецов плогнала, да? – крикнула она. – Спасибо! Ты холосая!

- Не очень, - прошептала вслед девочке Хозяйка Подземелий. – Или даже очень не…

- Хватит заниматься самоедством, Зю, - ладонь Кора легла ей на плечо. – Плохая или хорошая, ты сегодня выручила этих людей из смертельной западни. И Погонщик, между прочим, тоже – что бы ты о нём ни говорила и ни думала, глупышка.

- Да?! – фыркнула Зузанна. Её тонкие пальчики неожиданно ловко стряхнули руку Корнелиуса. – Ну, если я глупая, то, может, ты обниматься не со мной, а со своим Погонщиком? Раз он тебе так нравится!

Шагая через две ступеньки, Крысиная Королева вспорхнула на второй этаж и исчезла в дверях пустой квартиры.

- Вот вам и пожалуйста, - растерялся Кор. – Что я такого сказал-то?

- Женщины! – философически заметил Рокфор. – Ну, чего встал, герой-любовник? Иди теперь, извиняйся, объясняй, что ты совсем не это имел в виду, можешь на колени встать – иногда, говорят, помогает…

- Слушайте, заткнитесь вы оба со своей «Санта-Барбарой»! – рявкнул Патрик, не отводя глаз от окна. – Устроили тут мыльную оперу, уши вянут!

Дверь парадного открылась, и на очищенную от зомби улицу, бдительно крутя головами на триста шестьдесят градусов, выкатились три бойца. Двое других прикрывали тылы и подгоняли женщин и детей, испуганно сбившихся в кучу и бросавших полные страха взгляды на мертвецов, которые топтались за густой цепью послушных «детишек» Погонщика и мохнатых солдат Зузанны. Покойники, почуяв близость вкусной и здоровой пищи, взвыли и усилили напор, но защитники держались крепко, а особо буйных шустро успокаивали мобильные группы серых спецназовцев. Огибая на всякий случай фигуру Погонщика, чьё лицо и тело, несмотря на холод, лоснились от пота, гражданские двинулись к припаркованному у ближайшего перекрёстка грузовичку с брезентовым тентом. Ветхий четырёхколёсный старец, помнивший ещё, наверное, германскую оккупацию, битых пять минут хрипел, кашлял и отплёвывался клубами иссиня-чёрного дыма, но потом всё-таки тронулся с места и уполз в ночную темень, подальше от толпы голодных мертвецов.

- Хотелось бы верить, Пат, что твои молодцы вернутся до того, как это одноглазое тощее страховидло снова надумает заглянуть к нам в гости, - сказал Рокфор.

Силы чернокнижника меж тем подходили к концу.

"Похоже, не только моей Железной Деве требуется снадобье для усиления сверхспособностей, - подумал он, медленно, шажок за шажком отступая назад, к дому, чувствуя, как режут его пальцы сотни натянутых до предела нитей. Из-под ногтей уже выступила кровь. - Ну ничего... Если прищучим то демоническое отродье, авось, на что-нибудь да сгодится его тушка. Наверняка она таит в себе много приятных сюрпризов. Конечно, старых-добрых потрохов дикообраза ничто не заменит, но где в этой треклятой Европе брать дикообразов?.."

Картина, открывавшаяся перед ним - а заодно и перед Патриком сотоварищи - навевала мысли о водах Красного моря, расступившихся по воле библейского Моисея. Только здесь было не Красное море, а Мёртвое. И для Библии их история тоже явно не подходила - скорей уж, для какого-нибудь Некрономикона.

Грузовик уже успел скрыться с улицы и рёв его двигателя затих вдалеке, когда бесконтрольные мертвецы прорвались наконец через заграждение и с рёвом хлынули в "коридор", устроенный Погонщиком. Это случилось в ту же секунду, как чернокнижник ступил на порог дома Патрика. Нужно было лишь открыть дверь, но для этого нужна была рука. Помедлив одной мгновенье, Погонщик стряхнул нити с правой руки, успев отдать детишкам последний приказ. Рыча и толкаясь, тридцать покойников ринулись наперерез врагам, плотно закупорив "коридор" и отделив толпу плотоядной нечисти от Хозяина. Что было дальше, Погонщик уже не видел. Шмыгнув за дверь и захлопнув её, он привалился к ней спиной и в изнеможении опустился на пол.

- Моя магия слишком примитивна, - хрипло прошептал он, утирая ладонью пот со лба. - Детский лепет ученика-молокососа... Нужны более сложные, более изощрённые ритуалы... Эй вы, там, хватит уже палить по нашим солдатам! - крикнул он, заслышав, как вновь застрекотал пулемёт. - Мои запасы мертвечины хоть и обильны, но никак не безграничны!

- С каких это пор твои солдаты стали нашими?! - огрызнулся на него молоденький растрёпанный пулемётчик, но оружие его всё-таки стало стрекотать без прежнего остервенения.

- С тех самых пор, как друзья Её Серости изволили попросить меня о помощи, - зло прошипел чернокнижник. - Не нужно фанатизма. Просто сдерживайте зомби, а я меж тем приготовлю всё для защитного круга... Где у вас кухня?! - рявкнул он, подымаясь на ноги. - Мне нужны несколько чёрных петухов и хотя бы одна свиная голова... Хотя нет, забудь, сойдут и какие-нибудь консервы, - раздражённо махнул он рукой, увидев, с каким изумлением воззрился на него паренёк. - Да живей же, puta! Сейчас мы разгоним буйных детей по домам!

Рёв мертвецов слышался даже сквозь плотно запертые ставни. После того, как указание мага было выполнено, он заперся на чердаке в компании андроида, четырёх замороженных куриных окорочков, двух банок просроченных свиных консервов и одного мешочка с кладбищенской пылью. Что он со всем этим собрался делать, знали только духи его родной страны, к которым он намеревался обратиться в самое ближайшее время.

- Он думает, что зверушка пани Марии не вернётся по крайней мере до рассвета. Выходит, у нас есть часов пять на сон, - Корнелиус, опустив руки в карманы брюк, стоял посреди полутёмной комнаты, а Крысиная Королева внимательно смотрела на него, устроившись с ногами в огромном старом кожаном кресле в самом дальнем тёмном углу. Часы на стене - старинные ходики с кукушкой, каким-то чудом ещё до сих пор не сломавшиеся, неумолимо отсчитывали секунду за секундой. - Нам обоим нужно хоть немного поспать, чтобы достойно встретить её завтра утром. Хотя, по правде сказать, не думаю, что усну этой ночью. А ты?

Не получив ответа, он сочувственно взглянул в глаза девушки. Подойдя ближе, бережно положил руки на её плечи.

- Я знаю, ты мне не веришь, Зю, и я тебя не виню. По правде сказать, я и сам себе не слишком-то верю. Чёрт, да иногда мне кажется, что я просто с ума схожу! - вырвалось у него. - Но нам, похоже, придётся принять помощь этого типа. Потому что иначе ОНО от нас не отстанет. Понимаешь, малышка? С этой тварью невозможно договориться, она - зло похуже Погонщика, похуже всех здешних вампиров вместе взятых. Чтобы убить её, одной твоей силы будет мало. А у него хотя бы есть план... - он вздохнул и закрыл глаза. - Потом, если переживём эту ночь, мы обсудим, как с ним быть дальше. А сейчас я просто хочу знать: позволишь ли ты мне спасти твою жизнь? Я пойду на всё, чтобы с тобой ничего не случилось, - взгляд лидера Сопротивления блеснул стальной решимостью. - На всё. Даже на сделку с дьяволом.

- Спа…си…бо… - едва слышно прошептала Зузанна, поднимая на Корнелиуса благодарный взгляд. Странно, вроде бы ей и не грустно, и не страшно, и ничего не болит – а слёзы сами собой так и катятся. Глупая. Какая же она глупая. Зачем она обижает Кора недоверием, почему огрызается и отталкивает его – самого доброго, самого сильного, самого лучшего? Быть рядом с ним, слышать его голос, ощущать спокойное, надёжное тепло сильного тела – разве ей так не нравится, разве она этого не хочет? Да оторви ей руки и ноги, выколи глаза – поползёт за ним на кровоточащих культяпках, отыщет по запаху. И всё равно при этом будет скалиться, рычать и хватать зубами за штанину. Ведь она же нелюдь - наполовину человек, наполовину зверь. Крысиная Королева. Хозяйка Подземелий. Опасная, своенравная, вспыльчивая, непредсказуемая… влюблённая.

Зузанна оплела хрупкими пальчиками ладонь Корнелиуса, потёрлась об неё щекой, как маленький котёнок.

- Кор, ты… не обижаться на меня, хорошо? Пожалуйста. Я глупая, я не уметь говорить правильно… - слова порхали у неё в голове, как непослушные бабочки. – Тут, на-вер-ху, всё сложно… Я не знать, как сказать ты… неверно, да? Как сказать тебе, вот так верно… - сама того не замечая, она тихонько зарычала от бессильной злости на сложные слова, никак не желающие складываться как надо. Потом глубоко, со всхлипом, вдохнула – и выпалила, будто бросилась в ледяную воду стремительной подземной реки:

- Кор… ты быть мой?

Парень опустился на колени (мимоходом вспомнив ехидный совет Рокфора), осторожно коснулся фарфорового, словно бы чуть светящегося в потёмках, мокрого от слёз лица Крысиной Королевы.

- Конечно, малышка. Я всегда буду с тобой, обещаю…

- НЕТ!!!

Корнелиус даже слегка отшатнулся – столько страсти и ярости прозвучало в этом коротком восклицании.

- Нет! Нет, Кор! Ты не по-ни-мать! Не со мной! Не как с Роком или с Патом! Это мне не нравится! Ты быть мой! А я – твоя! Всегда! Я так хотеть!

Она гибко подалась вперёд всем телом. Корнелиус ощутил на своих губах её прерывистое, горячее, чистое дыхание. В полыхающих зелёным огнём глазищах Хозяйки шелковистая нежность мешалась с плотоядным нетерпением.

- Зю, послушай…

- Ты быть мой, мой, мой всегда, а я – твоя, только твоя, я так хотеть, - вцепившись в Кора мёртвой хваткой, как заклинание повторяла Зузанна. Её хрустальный голос быстро превращался в низкое, переливчатое, откровенно призывное кошачье мурлыканье.

- Зю-ю-ю… ох, ну что ты делаешь…

- Ты молчать. Не говорить. Или всё портить.

- Милая моя…

И это – последние слова, сказанные в ту зимнюю ночь в тёмной комнате, где потолок был заткан пыльной паутиной, под заколоченными окнами заунывно скулили голодные мертвецы, а на стене старые ходики педантично отмеряли время – без всякого смысла, потому что счастливые часов не наблюдают.

Шествуя по коридору, Рокфор посредством гнутой вилки сосредоточенно пытался высвободить редкие волокна бурого мяса из объятий застывшего желтоватого жира. По сравнению с разносолами из бункера госбезопасности банка скверной тушёнки, которую после продолжительной борьбы с удушающей хваткой пупырчатого земноводного щедро оторвал от сердца Патрик, смотрелась, мягко говоря, неаппетитно и даже подозрительно, но голод - не тётка. Надо, что ли, с героем-любовником и названной сестрёнкой поделиться.

- Эй, мальчики-девочки, к вам можно? - спросил Рок у щелястой двери. Ответом ему стали тихие протяжные стоны, венчавшиеся невнятными возгласами, и приглушённый смех на два голоса, в одном из которых легко опознавалось серебряное сопрано Зузанны, а в другом - хрипловатый баритон Корнелиуса.

Парень хмыкнул, покрутил головой и потопал дальше. Да, им сейчас определённо не до тушёнки. Тем более - такой поганой...

Через три часа мертвецы ушли.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *