Варшавский Экспресс

Часть четвёртая. Последний рубеж

1

В подземном коридоре было темно, хоть глаз выколи. Но Надежде стоило лишь пальцами щелкнуть, как под низким сырым потолком засуетилась целая стая ярких разноцветных огоньков. В их свете замаячила быстро удаляющаяся спина того самого дылды в кожаной куртке. Обвешанный двумя автоматами, он тащил в правой руке очень тяжелую даже на вид сумку, левой волок за шкирку толстобрюхого Брика, и при этом еще умудрялся довольно резво перебирать ногами - номер, достойный циркового силача. На секунду здоровяк обернулся, мелькнуло бледное лицо, оскаленный рот с парой сахарных клыков... Вампир! Это многое объясняет.

Надежда запустила вслед удирающему упырю огненный шар, но проклятая головная боль туманила взгляд, мешая прицелиться. Сгусток пламени ударился в стену и рассыпался ворохом злых гудящих искр. Раз, другой и третий громыхнула "беретта" Густава, однако вампир нырнул за поворот и скрылся из вида.

- Скорее! Нужно их догнать! - Надежда кинулась вперед, споткнулась на ровном месте и непременно упала бы, не подхвати ее вовремя верный водитель.

- Вам плохо, госпожа Ефимовская?

- Неважно... - процедила Надежда, изо всех сил стараясь удержаться на ногах. - Быстрее! Мы... не должны... опоздать!

Но они все-таки опоздали. Дрезина допотопной конструкции под управлением паранормалика уже набирала ход, когда Густав и Надежда ворвались на маленькую платформу. Водитель высадил оставшиеся патроны Брику в спину, и пронзительный визг толстяка возвестил, что по меньшей мере одна пуля достигла цели. Надежда наугад метнула в жерло тоннеля два косматых огненных шара. А потом она вдруг мягко опустилась на колени прямо между ржавыми рельсами, съежилась, обхватила голову искалеченными руками и застыла в такой позе, закрыв глаза, не издавая ни звука и даже, как с перепугу показалось Густаву, не дыша.

Шофёр лихорадочно соображал. Нет, он не удивился, конечно, когда его хозяйка вдруг принялась плеваться огнём - его ведь предупреждали о том, с кем он имеет дело. Правда, он ожидал, что русская гостья будет повелевать пургой или, скажем, обращаться в медведя, но огонь - это было тоже неплохо. Тем более учитывая то, что с Бриком был вампир. Против вампиров всегда помогает пламя. Правда, судя по поведению Надежды, она боялась загадочного пузана-гипротизёра больше, чем каких-то там тривиальных упырей.

"И ведь есть резон... - думал шофёр, покачивая головой. – Судя по её рассказам, он даже самого Зонненменьша мог бы заставить публично повеситься... Минуточку! Зонненменьш ведь в Варшаве, так? И этот Брик в Варшаве тоже! Совпадение? Может быть, может быть. Но нам всё равно надо повидать этого герра министра, так что уж лучше сделать это быстрей."

- Срочно везите нас к Зонненменьшу, где бы он ни был! - Густав вскочил на ноги и как можно драматичнее воззрился на Урса и Барбье, уже успевших спуститься в тоннель и переминавшихся теперь поодаль. - Похоже, его жизнь в опасности. И побыстрее, панове! Не видите, что ли, что женщине плохо!?

- Ой-вей, господин Заремба, - прохрипел Семён, с трудом утвердившись на трясущихся ногах. – Позвольте заметить, ви таки себе выбрали крайне удачный момент для заслуженного отдыха… - Тут в опасной близости от умной еврейской головы прошипел огненный шар, отчего редкие волосы паранормалика, зачесанные через плешь, поднялись дыбом. Сталинская чертовка никак не желала успокаиваться. Это было просто поразительно – любой из сотрудников отдела «М» ГУГБ НКВД свалился бы без сознания, не сумев выдать и половины этакой разрушительной мощи! Семён многое отдал бы, чтоб очутиться сейчас в своей лаборатории и поставить над рыжей бестией несколько познавательных экспериментов…

Еще одно маленькое солнышко взорвалось под потолком, осыпав толстяка кусками древней штукатурки и колючими искрами. Семён очень живо вообразил, как такая штука на полном ходу влетит ему между лопаток, и лысина его моментально вспотела от ужаса. Нечто подобное он, помнится, испытал зимой восемнадцатого года под Уманью, когда его, босого и полураздетого, с улюлюканьем гнали по снегу лютые, хмельные от крови и самогона казаки атамана Максюты.

Вообще-то Семён надеялся обнаружить в подземелье какое-нибудь более солидное средство передвижения – мотовоз, например, или даже такой себе небольшой метропоезд. Но выбирать, увы, не приходилось. Убедившись, что сумка с бомбой цела и невредима, а унтер-офицер Заремба все еще странствует по параллельным мирам, паранормалик тяжело вздохнул, проклял свое еврейское счастье и взялся за дело. Как ни странно, под слоем жира у него обнаружились кое-какие мышцы, и дрезина, противно скрипя, уже покидала станцию, когда на платформе появились преследователи.

Семён обернулся и хмыкнул, увидев, как Надежду шатает из стороны в сторону, будто пьяную. Тем не менее, ее сил хватило еще на два заряда, после чего рыжая дьяволица наконец выбыла из борьбы.

- Ай-ай-ай, бедная моя девочка, - с издевкой пробормотал толстяк. – Головка чуть-чуть немножечко заболела? А шо ты думала, когда делала нервы старому Самуилу, который тебе, на минуточку, в отцы годится? Не-ет, деточка, старый Самуил вот уж пятьдесят лет живет на свете и умирать пока не собирается, можешь себе даже и не надеяться!..

Увлекшись мстительными речами, Семён как-то упустил из виду спутника Надежды, светловолосого молодого мужчину в шоферской униформе. А делать этого категорически не следовало, потому что через секунду по тоннелю гулко прокатились три выстрела подряд, и левую руку паранормалика пониже локтя резануло болью. Толстяк тоненько взвизгнул, ленивая дрезина радостно затормозила, но тут, к счастью, путь довольно резко пошел под уклон, и диверсанты с их бесценным грузом оказались вне сектора обстрела. В тоннель проклятый водитель отчего-то не полез - то ли захлопотался вокруг лишившейся чувств хозяйки, то ли помнил об автоматах, которые тащил ныне отключившийся Заремба.

Семён неуклюже содрал с плеч прогоревшее, а теперь еще и порванное пальто. Рана была не то чтобы серьезная - пуля лишь вырвала клок мяса, - но болела страшно и обильно кровоточила. Нечего было и думать с такой рукой снова разогнать окаянную дрезину до сколько-нибудь приемлемой скорости. Паранормалик тупо смотрел на капающую с пальцев кровь...

Кровь.

Кровь?

Кровь!

Ага, подумал Семён.

- Господин унтер-офицер, - произнес он, свесив раненую конечность прямо над полураскрытой пастью бесчувственного вампира, - можете себе поверить, я бы очень хотел, чтобы это таки помогло. От века не имел дела с искусственными кровососами и понятия не имею, чего вам там нужно, но на большее, на минуточку, можете себе не рассчитывать!

Первые несколько секунд вампир признаков жизни не подавал. Затем, учуяв еду, ноздри его раздулись, бледные тонкие губы приоткрылись, и выскользнувший изо рта длинный остроконечный язык принялся слизывать с пальца Брика живительную кровь. Так продолжалось довольно долго, пока унтер окончательно не пришёл в сознание. С некоторым трудом поднявшись с пола, он присел на корточки и осмотрелся.

- Ага, едем, значит... - проговорил он слабым голосом. - Молодец, Шалом, раскочегарил всё-таки эту рухлядь. Я, признаться, когда увидел её, даже слегка перепугался, что не зафурычит. А она, оказалось, резвая малышка... Что, оторвались мы от этого феникса в юбке? Раз живы, значит, оторвались.

Дрезина, набравшая уже приличную скорость, стремительно неслась вперёд. Стены тоннеля с протянутыми по ним проводами и кабелями слились в одну сплошную серую массу, лишь слегка освещаемую лобовым фонарём дрезины. Казалось, что паранормалик и вампир ехали в бесконечность.

- А тебя, гляжу, зацепило, - хмыкнул Заремба, принявшись рыться в боковом кармане рюкзака в поисках каких-нибудь бинтов. Таковых не нашлось, поэтому вампиру пришлось скинуть куртку и оторвать зубами рукав от своей водолазки. - Держи, угнетённая нация. Если помрёшь до конца миссии, будет печально, аж не передать. Кстати, когда мы доедем, интересно?..

Ответом ему послужил промелькнувший на стене ярко-жёлтый указатель с надписью: "Дворец культуры - 1 км."

- Понятно... Где там у этой колымаги тормоза? Не хочу тормозить об стену на такой скорости.

Окинув взором поле битвы, майор Урс как-то странно изменился в лице: черты его заострились, утратив округлую дипломатическую приятность, словно под кожей внезапно возник стремительно твердеющий угловатый металлический каркас. Он легкой рысью подбежал к застывшей в прежней позе Надежде, наклонился над гостьей из прошлого, обнял ее за плечи и осторожно, но настойчиво заставил подняться на ноги. Метнув короткий взгляд на Шульца и Барбье, он рявкнул голосом, в котором ясно послышался лязг лучшей швейцарской стали:

- Капитан, подгоните автомобиль! Прямо в ангар, к люку! И приготовьте аптечку! Юноша, да что вы стоите столбом, не видите разве - у госпожи Ефимовской совсем не осталось сил… как у любого боевого экстрасенса после хорошей драки, - добавил он чуть тише.

Густав поторопился подхватить свою хозяйку, почувствовав, как она безвольно обвисла в его руках, словно тряпичная кукла.

- Откуда?.. – только и успел он спросить.

- Оттуда! – криво усмехнулся майор. – Две тысячи шестой, город Энск, штурмовой батальон швейцарских гвардейцев «Медведи». Видели такие штуки, во всех видах видели, будьте благонадежны, юноша, небось, не всю жизнь по наборным паркетам в посольствах шатались. Не достали мерзавцев? – осведомился он.

- Ушли, - досадливо крякнул Густав. – Хотя одного я точно зацепил…

- И то хлеб, - одобрил майор.

Надежда, не открывая глаз, испустила долгий, хриплый и мучительный стон.

- Ничего, госпожа Ефимовская, ничего… - бормотал Урс, заботливо помогая беспомощному Фениксу шаг за шагом подниматься по наклонному подземному коридору. – Вот мы вам сейчас обезболивающего – и все как рукой снимет. Так… теперь так… аккуратно, тут лестница… капитан, вы там что, уснули?! Руку, руку протяните! Да не мне, горе вы луковое!..

Как ни странно, яростная схватка Надежды с террористами осталась незамеченной – отчасти потому, что пистолеты-пулеметы диверсантов были оснащены глушителями, отчасти благодаря умению гостьи из прошлого держать под контролем площадь пожара, вызванного ею к жизни, а также по причине удачного расположения ангара: этот угол летного поля не просматривался с обзорной площадки на третьем этаже терминала. Как бы то ни было, посольский лимузин без проблем покинул аэропорт и помчался по шоссе к Варшаве с максимальной скоростью. Густав на заднем сидении поддерживал под локоть никак не желавшую приходить в себя хозяйку. Майор Урс сунул ему стандартную армейскую аптечку – точно такую же, какую сам Шульц возил в «бардачке» своего «мерседеса». Густав заученным движением выдернул из металлической коробочки капсулу-шприц с белой маркировкой и всадил иглу в бедро Надежде, для чего пришлось задрать край ее юбки до положения, граничащего с полным неприличием.

Буквально через минуту гостья из прошлого открыла обрамленные размазанной тушью глаза, на дне которых все еще плескались остатки болезненной мути. Взгляд ее скользнул по Урсу, перепрыгнул на Барбье и остановился на верном Густаве. Губы со следами стершейся помады растянулись в бледном подобии улыбки. Неестественно тонкая, обглоданная огнем рука потянулась к лицу молодого человека, корявые обугленные когти скользнули по его щеке.

- Спасибо, Густав, - прошептала Надежда. – Что бы я без вас делала…

И опрокинулась в черный, непроглядный сон. Взлохмаченная рыжая голова бессильно ткнулась молодому человеку в плечо. Густав несколько секунд колебался, но потом все же протянул руку и очень осторожно обнял Надежду.

- Когда вернемся в Энск, не забудьте уже выхлопотать у герра Джулиано для меня значок «Почетный донор», - язвительно пробурчал Семён, кое-как замотав кровоточащую рану великодушно протянутым Зарембой «перевязочным материалом». Из внутреннего кармана сброшенного пальто он извлек тускло мерцающую в свете мелькающих настенных ламп плоскую фляжку (спасибо фюреру КМ за трогательную заботу), свинтил колпачок и присосался к ней, как клоп, выпив единым духом половину содержимого. Алкоголь не то чтобы полностью заглушил боль, но, по крайней мере, притупил ее и наполнил толстого паранормалика новыми силами.

- Расслабляешься, ребе? – ухмыльнулся вампир. - Имеешь право. Дело, считай, сделано. Осталась ерунда – заложить бомбу, выставить таймер и убежать подальше, пока эта дрянь не рванула…

- Ви себе так полагаете? – скептически выгнул бровь Семён. – Азохенвей, господин унтер-офицер, мой такой не очень чтобы бедный жизненный опыт учит, что вот как раз теперь наступает самый опасный этап операции. Именно сейчас, когда все уже впали в благодушие и хлопают друг друга по спинам, что-то должно, просто таки обязано пойти сикось-накось! Так что призываю вас к бдительности и еще раз к бди… Эт-то еще что такое?!

За очередным поворотом тоннеля взгляду открылось блеклое, быстро приближающееся свечение, в самом сердце которого темнело что-то массивное – примерно так в центре зеркала отоларинголога зияет черное пятно. Насосавшийся крови вампир на радостях неосмотрительно разогнал древнюю дрезину до максимальной скорости, и теперь адский механизм неудержимо влек террористов вперед. Затормозить вовремя не представлялось возможным, даже если бы дрезина и была оборудована надлежащим механизмом.

- Прыгаем! – взвыл бывший старший майор и первым последовал собственному совету. Унтер Заремба подхватил бомбу и свалился с дрезины с элегантностью порхающей птицы киви. Сама же заржавленная виновница торжества, освобожденная от докучливых пассажиров и их груза, на полном ходу врезалась в темный объект и, выбросив сноп искр, с противным скрежещущим звуком опрокинулась набок.

- Поезд дальше не пойдет, просьба освободить вагоны, - пробормотал паранормалик, подымаясь на дрожащие ноги. – Следующая остановка – варшавский Дворец культуры и науки. Приехали, господин унтер-офицер.

Чуть прихрамывая, толстяк вышел из тоннеля и остановился, впечатленный масштабами открывшегося его глазам зрелища. Эта станция, освещенная дюжинами мощных ламп, была не в пример больше жалкой платформы в аэропорту. Темное пятно, о которое разбилась дрезина, при ближайшем рассмотрении обернулось самым настоящим метропоездом о трех вагонах – низких, приплюснутых, лишенных окон и выкрашенных в защитно-зеленый цвет. Запыленный реликт холодной войны тупо смотрел потухшими фарами в сторону аэропорта, готовый вывезти из разверзающегося на поверхности ядерного ада правителей социалистической Польши… которые уже никогда больше не ступят под своды этого забытого подземелья. Большая черно-белая табличка на покрытой осыпающимся кафелем стене гласила: «Дворец культуры и науки».

Толстые губы Семёна растянулись в триумфальной улыбке.

Опустошенная фляга нырнула в темноту тоннеля и брякнула, ударившись о рельс.

- Мы на месте, господин Заремба, - удостоверил паранормалик. – Приступайте уже к размещению бомбы. А я пока чуть-чуть немножечко расскажу вам, от кого мы себе так яростно отбивались в аэропорту...

- Сдаётся мне, Самуил Воозович, придётся нам слегка повременить с рассказами, - дрогнувшим голосом произнёс Заремба, вглядываясь во мглу, сгустившуюся внутри мёртвого метропоезда, в раззявленное чёрное жерло двери. Там кто-то был - нескладная худая фигура, напоминавшая человеческую, но два пронзительно горящих сапфировых глаза-искры не оставляли ни малейших сомнений в том, кто перед ними.

- Сдавайтесь, нелюди, - прохрипел старший лейтенант Туск, делая шаг из вагона на свет. Он выглядел страшно ослабшим, его трясло, но воздух вокруг него по-прежнему пульсировал волнами чудовищной ментальной силы. Вампир ощущал эти волны буквально каждой клеточкой своего тела. И ощущение было отнюдь не из приятных.

- Всё кончено, воины зла. Отойдите от бомбы. Именем… кха, кха! - псайкер зашёлся мучительным кашлем и едва устоял на ногах. - Именем человечества, вы арестованы!

- Лапы вверх, чудовища, - вторил ему Мэттью Кларк, гулко шагая к ним с противоположного конца станции. Дуло его пистолета было направлено Брику прямёхонько в лоб. – Или один хренов фокусник навеки лишится возможности творить свои фокусы.

5 thoughts on “Варшавский Экспресс

  1. Талантливо написано!
    особенно мне понравился С.В. Брик )
    Редко кто осмеливается делать нечистью элохима)

  2. Начиная чтение, я постоянно искал, к чему бы придраться… но потом понял, что это бессмысленно. Я полностью погрузился во вселенную КМ и пережил все эти события вместе с его героями, а это признак очень хорошего произведения.

  3. вообщем, вот : мне понравилось. особенно Брик, вампир и Феникс. остальные персонажи очень удачно смотрелись на фоне вышеозначенной тройки.
    по настоящему прям дико интересно стало начиная с ангара )) до этого тоже было хорошо и складно, но не было читательского азарта что ли.
    персонажи живые, им легко сопереживать.
    и, главное, все логично. если меня что-то (об этом ниже) и удивляло или раздражало по ходу рассказа, то, в последствии, логика все ставила на свои места. нет ощущения притянутости за уши и это здорово!
    Брик похож на злого жопомордого котика :3 из тех, что порабощают мир в мимимишных комиксах.
    вампира немного жаль. но его смерть была логично. как и опасения и даже мини прозрение в конце пути )) выходит, что настоящее беспринципное зло — это не упырь, а таки себе вполне обычный человек. а вампир наш немножко себе романтик. ну, раз звал Брика то…
    Феник немного выбесила в начале. типа, ололо, что это за озолотившаяся хамка?! но потом и она мне полюбилась. и стало понятно, почему знакомство с историей вы перенесли на попозже.
    хочется еще про них читать и читать )
    жаль только, что призрак упыря не сможет являться Брику… :с да и, если и явится, то тому явно будет фиолетово )

  4. Написано хорошо , с душой , персонажи оригинальны , ведут себя адекватно , юмор уместен , матерные слова хоть и присутствуют но лишь там где надо .
    У автора явно есть писательский талант !

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *